Человек воскрес, чтобы исповедать неисповеданный грех

Диакон Владимир Василик. "О воскресении из мертвых. Из непридуманного."

В связи с этим хотелось бы поделиться с читателями двумя известными мне случаями.

О первом рассказала мне моя мама, Галина Георгиевна Василик, заслуженный врач, ветеран труда. В детстве, в далекие сороковые годы, она слышала этот рассказ от своей соседки по коммунальной квартире Нины Ивановны Гнездиловой. В свою очередь Нине Ивановне его поведала ее тетушка Анна.

Дело было еще до революции. У тетушки Анны был дед, звали его, кажется, Николай. Жил он в деревне, был добрым работником, домовитым хозяином, человеком благочестивым. Пришло время отправляться деду Николаю путем всея земли — по болезни и старости. Он поболел немного и скончался. Его омыли, переодели, сняли с чердака гроб, лично им сделанный и положили покойника во гробу в чулан. Закрывать гроб не стали.

Вдруг родственники слышат голос из чулана: «Выпустите меня. Я живой». Заходят они в чулан, а дед в гробу сидит. Обомлела родня от ужаса и удивления, а дед и говорит им: «Живее зовите батюшку. Есть у меня один грех неисповеданный. Для исповеди меня с того света и отпустили». Позвали местного священника, а он был человек скептический и несколько вольнодумный. Время было такое — первая русская революция 1905 года, когда даже зажиточные хозяева временами на чердаках «Искру» прятали, а семинаристы в своих ректоров стреляли.

Итак, приходит священник, а дед Николай ему и говорит: «Батюшка, исповедай меня. Я на том свете был. Мне там об одном забытом грехе напомнили». А священник ему: «Брось сказки рассказывать». А тот ему: «Поверь мне. Я там взаправду был». А священник ему и говорит: «Да брось ты, сочиняешь». А дед Николай ему в ответ: «Хочешь, докажу? Давай я тебе все твои тайные молитвы перескажу, которые ты в алтаре втайне от нас читаешь». И начал ему по порядку излагать все, начиная от молитв проскомидии: «Искупил ны еси от клятвы законныя честною Твоею кровию». Батюшка обомлел. Дед Николай был неграмотным. В алтарь допущен не был. Молитвы священник всегда читал про себя так, что даже пономарь ничего не знал и не слышал. А если бы дед и знал грамоту, то никто бы ему служебник не продал. Неоткуда ему было это все знать.

Батюшкин скептицизм рухнул в одночасье. Он внимательно исповедал деда Николая, отпустил ему все грехи, а тот после этого почти сразу преставился. С чистою душою к Богу пошел.

http://www.pravoslavie.ru/put/70199.htm