От отсутствия трезвения и покаянного чувства новоначальные впадают в прелесть

Вопрос в эфире телеканала Союз 8 декабря 2013 года.

Протоиерей Димитрий Смирнов и протоиерей Александр Березовский

Отвечает протоиерей Димитрий Смирнов, ведущий протоиерей Александр Березовский.

Вопрос: В отеческой литературе и в Ваших проповедях часто упоминается трезвление как крайне желательное состояние для успеха в христианской жизни. Раскройте этот термин в применении к современной жизни мирянина, если возможно, с примерами.


Отвечает протоиерей Димитрий:

Трезвение – производное от рассудительности. А можно рассматривать трезвение как некую ступень. Рассуждение – очень высокая добродетель, которую многие Святые отцы ставили даже выше, чем любовь, потому что любви может достичь каждый, а рассуждения – не все. А вот первая ступень рассуждения – трезвение , должен в этом как-то преуспевать каждый христианин. Потому что, к сожалению, очень часто, особенно на первых порах христианской жизни, человек впадает в такую некую эйфорию. Объяснить ее очень просто. Потому что, во-первых, человек открывает для себя новый мир, и это всегда так бывает. Он испытывает такое некоторое очарование – вполне законное – тем, что он окунается в двухтысячелетнюю традицию. Он начинается осмысленно читать Священное Писание, потому что для человека, далекого от традиции, это вообще закрытая книга. В-третьих, он сразу сталкивается с новыми, ну можно сказать, объектами: храм, священник, облачения, хор, иконы. И чтобы исследовать каждый, нужны десятки книг. Он начинает в это погружаться, и, конечно, его это переполняет. Очень многие люди, вообще когда уже сталкивается так с церковностью, даже перестают читать светские книги – все кажется пресным. И еще один аспект. Это соприкосновение с миром церковным, а ведь есть еще и благодатная жизнь. И благодать Божия воздействует не только на наш дух, но и на душу и на тело. Человек и внешне преображается – он весь лучится, в его жизни каждый день совершаются десятки чудес, и он чуть ли не летает. А летать еще не умеет. И многое из того, что он воспринимает как непосредственно действие благодати Божией, на самом деле нет – это есть душевное восприятие действительно прикосновения его к благодатной жизни. То есть опосредованно. Поэтому всегда есть опасность принять одно за другое.

Протоиерей Александр: То есть можно принять восторг за действие благодати Божией. 

Протоиерей Димитрий: Да. Восторг душевный за экстаз духовный. А трезвение дает человеку возможность твердо стоять на земле, на ногах, что совершенно правильно и не дает нарушать законов природы, и человек тогда в безопасности. И вот трезвение, оно воспитывается в человеке покаянием. Обычно человек, который находится в таком положении отсутствия трезвения, он о покаянии обычно говорит и ощущает его ну так, формально, вроде “я великий грешник” или “все мы грешники”, какие-то такие общие ничего не значащие фразы, а самого себя греховным не ощущает, потому что в душе у него радость, покой, удовольствие, и оно вполне законно. Но известная доля трезвения - она просто необходима, иначе человек может вообще попасть в беду, даже повредиться в уме. 

Протоиерей Александр: Батюшка, а что означает “трезвиться”? Это что значит, все время эту радость в себе гасить?

Протоиерей Димитрий: Нет, нет, нужно идти путем покаяния. Нужно молиться Богу, нужно очень внимательно себе внимать, своим помыслам, своим чувствам, и большого значения вот этой переполняющей радости не придавать. Потому, что да, конечно, призывающая благодать Божия – она человека приподнимает к небу, но он должен, как всегда должен гражданин, который хочет путешествовать на воздушном шаре, он берет с собой балласт. 

Протоиерей Александр: Чтобы не улететь в стратосферу.

Протоиерей Димитрий: Да, а там – безвоздушное пространство. Это очень опасно. Поэтому потеря покаянного чувства – это путь неправильный. Поэтому нужно идти царским путем. Не нужно отвергать ту радость, которую дает погружение в мир церковности – это очень законное чувство. Но без покаянного чувства это избыток – ну как избыток сахар в питании может вызвать диабет даже без всякого стресса. Организм не успеет его переработать и будет вредно. Так же и здесь. У меня был такой очень хороший друг, Царство ему Небесное, вот он таких людей именовал сладкоежками. Очень, по-моему, метко. Он очень был добрый и очень в этом хорошо разбирался потому, что он сам пришел к Богу уже взрослым человеком, и нечто подобное было в его жизни. Тем более это опасно для людей, которые каким-то образом практиковали то, что у нас именуется всякими индийскими практиками. Хотя это все не индийское, такое псевдо-, на русской почве, всякие йоги там, все, что имеет к этому отношение, там оккультизм, это вообще кратчайший путь в прелесть. А это уже чревато психиатрической больницей и тяжелым заболеванием. Не обязательно, что сто процентов, что это произойдет, но очень и очень возможно. Поэтому трезвение – от слова трезвость, человек может быть пьян, человек может быть трезв. Вот трезвость, она тут совершенно необходима. 

Протоиерей Александр: Нередко человек, особенно новоначальный, вкусив такой радости от Бога, начинается всех зазывать в храм. 

Протоиерей Димитрий: Не нередко, а всегда.

Протоиерей Александр: И всем давать советы, как нужно жить.

Протоиерей Димитрий: Да, да, да. Вот это как раз свидетельство о потере трезвости. Поэтому такие люди обычно удивляются: а почему меня не слушают? Почему меня все воспринимают как человека, который досаждает как назойливая муха – он не понимает, что он такой и есть потому, что он не трезво подходит к той задаче, которую он сам себе ставит. Ты еще, человек, никто. Нечто подобное было и с Апостолами: когда они получили дар Святаго Духа, они являли собой вид, как будто напились сладкого вина. Подчеркиваю: сладкого. Это тогда для них было новое явление – пришествие благодати Божией, и они, конечно, не знали, что с этим делать, как с этим справляться. 

http://www.dimitrysmirnov.ru/blog/otvet-42356/?stt=24

Связанные материалы