Преподобный Макарий Оптинский об исповеди

Из писем преподобного оптинского старца Макария.

Преподобный Макарий Оптинский

Вы пишете, что, приступая к исповеди, приходите в страх, даже до лихорадочного состояния, и почти не помните себя, и не можете привести свои мысли в порядок и как должно говорить. Из сего замечаю, что вы бываете в это время в смущении; а в смущении невозможно иметь чувства покаяния и болезнования о грехах своих, и это происходит от зависти вражией и от тщеславия... Приступая к Таинству Исповеди, должно представлять себя со страхом, смирением и надеждою. Со страхом — как Богу, прогневанному грешником. В смирении, чрез сознание своей греховности. С надеждою — ибо приступаем к чадолюбивому Отцу, пославшему для нашего искупления Сына Своего, Который взял грехи наши, пригвоздил их на кресте и омыл пречистою Своею кровию... Такое приуготовление отвратит тот вредный страх, о коем вы пишете. Оный происходит также и от ложного стыда, а вместе от гордости и от тщеславия, при обличении тайных сердца своего пред служителем Таинства. Ничто подобное не смутит приходящего со смирением... В случае смущения и забвения грехов своих можно, идя к Таинству, записать оные для памяти, и при забвении, с позволения духовника, посмотреть в записку и объяснить ему. Подобные примеры встречаются в житиях и учениях святых отцов.

***

...Я не имею права разрешать <от грехов> письменно, заочно и в другой епархии; на это есть правила церковные. Какое тебе до того дело, что духовник ваш, не понимая духовной жизни, бранит вас; ты приходишь с покаянием к самому Господу, и оно должно быть смиренное; то в таком устроении и укоризну должно принять: видно, Господь попускает. Где же взять по нраву нашему духовников? Но каковы бы они ни были, а им вверены ключи вязать и решать и прочих таинств быть служителями.

***

При исповеди надобно пояснять все свои грехи, кроме разве когда забудешь, а не поверхностно говорить; ибо неисповедаемый грех и не разрешается, разве что по забвению не изъяснишь. После исповеди надобно блюсти себя от греховных действий. Но если и случится на кого оскорбиться или зазреть кого: в этом, примиряся с оскорбившим, быть спокойным, а за зазрение — самую себя зазреть и укорять, дабы не безпокоить старца; а если прилучится удобный случай видеть его, то, по мере греха и чувству совести, можно сказать ему оный вкратце; писать можно грехи свои, соображаясь с нашей исповедию; ибо мы в течение времени после исповеди много согрешаем и забываем; главное, в исповеди надобно иметь сердце сокрушенно и смиренно, которое Бог не уничижит, и ежедневно надобно иметь испытание самих себя и укорять себя, за содеянное нами приносить пред Богом покаяние, что и читаем в третьей молитве на сон грядущих.

***

Обманываешь сама себя; ты многих грехов не сотворила: смертоубийства, блуда, похищения церковных вещей, зажигательства, отравы и многих подобных, сопряженных с ними; да это легко сказать: "всем грешна", или, как пишешь: "нет ни одного греха, которого бы ты не сотворила", — но говорить каждый грех, по виду, — приносит стыд, и бывает виною прощения грехов: ибо, по слову святого Григория, стыд здешний есть часть будущего мучения.

***

В начале письма твоего ты пишешь вроде исповеди и в окончании говоришь: "несть такого греха, егоже не сотворих"; это слово совсем неприлично: есть грехов много таких, которых ты не сотворил: Церковь не окрал, не зажигал, бунтов не делал, смертоубийство не сотворил... и много найдется таких грехов, которых ты не делал, на что же на себя так клеветать? Пользы никакой нет, а надобно болезновать сердцем о тех, которые мы соделали, хотя и каялись; но все считать надобно себя грешным и иметь сокрушение сердца...

***

Изъяснив пред духовником свою совесть, так ли или по записке, не надобно уже смущаться, что все не сказала; это от врага; а надобно успокоиваться, взирая на намерение свое ничего не утаить и на милосердие Божие, а смущение отвергать. Также и о поклонах: когда исполняешь положенное число, не надобно думать, что не исполнила, и это от врага, и обе крайности от него, т. е. и смущение и мнение, или самодовольство; нужна средина со смирением и упованием на милосердие Божие.

***

По исповедной молитве можно исповедоваться; что там лишнее, чего не делано, того не говорить; а чего не написано, а сделано, то прибавить, и отнюдь не смущаться, что не так сказала или не все; все это прелесть вражия, лишающая настоящего покаяния смущением.

***

На вопрос твой: исповедовать ли паки тот грех, который прежде уже исповедовала? — отвечаю: если оный еще не делала, то о том уже не нужно говорить духовнику; но чувствовать свою греховность надобно; память своих грехопадений приводит нас к смирению. После исповеди, готовясь сообщаться Святых Тайн, находишься в смущении, что будто не все грехи исповедала? Отвергай этот злой вражеский помысл верою и смирением, и надеждою на милосердие Божие успокоивай себя. А что кажется, что еще вновь много согрешаешь и потому недостойно приступаешь к Святым Тайнам,— это оттого, что ты думаешь приступить безгрешною, а враг и имеет силу наводить смущение; а когда ты приступаешь с чувством своей греховности и надеждою на неизреченное милосердие Божие, — ибо Он взял на Себя всего мира грехи, — то успокоишься. Ты думаешь, что ты как исповедалась, так и стала безгрешна? Но смущение потом и безпокоит тебя, что не полагаешься на милосердие Божие, без которого ничто наше не спасет нас.

***

Спрашиваешь о исповеди, должно ли говорить на исповеди прежде исповеданный грех, если спросит о сем духовник? Когда после исповеди не было греха того же, то не нужно повторять, а когда спросят, сказать: после исповеди не было, и если тот же духовник, то ему уже известна твоя вся исповедь.

***

Бояться срама при исповеди — тоже от гордости; обличив себя пред Богом при свидетеле, получают успокоение и прощение.

***

...Когда откровение ее будет искреннее и потщится исполнять сказанное матерью, тогда откровение ее может принести плод, свободить от страсти; а ежели она будет только говорить, а не пресечет источника, из которого истекает поток страсти, - когда смрад оного исчезнет? Надобно иметь страх Божий, остерегаться тех случаев, которые дают пишу страсти, отвергать гордость, суждение о других, наказывать плоть свою воздержанием и смирять себя, то и поможет ей Господь свободиться от оной, и духовнику исповедать, как должно, а не прикровенно, — и получит спокойствие.

***

На вопрос твой о исповеди подробно скажу: святые отцы не советуют грехов чувственности изъяснять подробно, чтобы памятию подробности не осквернять чувств, а сказать просто образ греха; а прочие грехи, наводящие стыд самолюбию, должно пояснить подробнее, с обвинением себя.

***

Пишете о возлагаемом на вас послушании исповеди, или духовничества, — в чем бываете затрудняемы, а паче в накладывании епитимий; в этом надобно призывать благодать Божию к вразумлению, как поступать с человеком кающимся. Если в нем возбудилась совесть к раскаянию о грехах своих, это Бог видит, не может укрыться и от приемлющих исповедь: совершенно ли он жалеет о содеянных им грехах, имеет ли произволение оставить их; да Бог и возвестит: как с ним поступить, по мере грехов — легче или тяжелее определить епитимию, также и в том просветит разум, кому какого рода давать епитимию (принимая во внимание) род жизни, звание, состояние, занятие, здоровье, болезнь или слабое сложение, волею или неволею содеянное (согрешение), и чтобы противоборствовала (епитимия) греховному действию. Кому на краткое время, кому на продолжительное. Но о тех, кои хотя и каются, но не имеют намерения оставить греховных действий, правило иначе судит, а я не могу быть судиею, и в этом случае Бог силен вразумить прибегающих к Нему, как поступить. Не знаю и о том, с приходящими от других духовников, не получившими успокоения совести, как поступать? Переменять ли их наставления или, сколько можно успокоивая советами, дабы не смущаться, предоставлять им искать от тех же духовников разрешения недоумения, — положительного решения на сие дать вам не могу: смотрите сами, с обстоятельствами соображаясь, вас окружающими.

***

Платить за исповедь совсем не есть закон, но даже против сего. Греческий проповедник Илья Минятий строго восстает против сего; но платеж за исповедь вошел в обычай совсем не со стороны духовных, а более со стороны кающихся, в знак благодарности, и стал как будто необходимым; но есть много таких, кои и без сего обходятся: ваш суд на сей счет несправедлив.

***

Заочно же на исповеди я не могу разрешать грехов: на это есть правила церковные, даже и лично в чужой епархии не должно принимать на исповедь. Ты, написавши ко мне свои немощи, может быть, и получала облегчение в совести Божиею милостию; но я разрешить заочно власти не имею.

***

Паки гнилой плод моего наставления прозяб: оскорбление маменьки. Тому ли я тебя учил? И теперь смущаешься, что я тебя за это не прощаю. Откуда ты это выдумала? Я тебя не связую и не прощаю, потому что не имею права заочно и в другую епархию писать разрешения... на это есть церковные правила, а ты меня нудишь к нарушению оных, и хотя бы я написал: прощаю и разрешаю, сим сам согрешил бы, а ты бы не получила разрешения. Что же касается до личности моей, в чем ты предо мною согрешила, в том тебя я письменно и заочно прощаю; а на прочие твои грехи имеешь там духовника, который имеет полную власть от Господа кающихся вязать и решить грехи по рассуждению. Но когда кто кого оскорбил, имеет вражду — с кем и не примирился: то и духовниково разрешение не подействует, хотя бы и разрешал; да и сам тяжко согрешает, и того в больший грех вводит. Ты примирись с маменькою, получи от нее прощение; то и от Бога получишь оное.