О любви из "Словаря библейского богословия"

ЛЮБОВЬ

«Бог есть любовь» — «Любите друг друга». Прежде чем достигнуть этой вершины НЗ-ого откр., ч-к должен очистить свое узкоч–ское представление о Л., дабы принять тайну Л. Божией — тайну, явленную крестной смертью Христа. Словом «любовь» обозначается множество различных явлений, плотских и духовных, эмоциональных и интеллектуальных, серьезных и легкомысленных, созидательных и разрушительных. Любят приятную вещь, животное, товарища по работе, друга, родителей, детей, женщину. Библ. ч-к знал все это на опыте. О чувствах такого рода говорится и в Бытии (ср Быт 2.23 сл.; 3.16; 12.10–19; 22; 24; 34), в истории Давида (ср 1 Цар 18.1 слл; 2 Цар 3.16; 12.15–25; 19.1–5), в Песне Песней и в ряде др. книг. Нередко эти чувства принимают греховную окраску, но чаще они отличаются прямотой, глубиной и искренностью, высказанными обычно в сдержанных и кратких выражениях.

Для Израильтян, мало склонных к отвлеченному мышлению, слова имели часто эмоциональную окраску: *познать уже значило и любить; их *верность общественным и семейным связям (хесед) была порывиста, непосредственна, великодушна (ср Быт 24.49; Ис Нав 2.12 слл; Руф 3.10; Зах 7.9). На языке ВЗ «любить» (евр. ахаб; греч. άγαπαν; между греч. словами, означавшими Л. LXX выбрали этот мало употребительный глагол, к-рый в НЗ получил исключительно религиозный смысл.) по своему значению столь же многогранно, как наше «любить».

Библ. ч-к знает и ценность эмоционального влечения (ср Притч 15.17), и связанные с ним опасности (Притч 5; Сир 9.1–9). Когда понятие Л. проникает в его религиозную психологию, оно уже насыщено богатым и конкретным ч-ским опытом. В то же время у него возникает множество вопросов. Может ли Бог, столь великий и столь чистый, снизойти до того, чтобы любить ч?ка, столь ничтожного и грешного? И если Бог все же любит его, как может ч-к ответить на такую Л.? Каково соотношение между Л. Божией и Л. ч-ской? Каждая религия старается по–своему ответить на эти вопросы, обычно впадая при этом в одну из двух противоположных крайностей: или относя Л. Божию в область недоступного, чтобы сохранить расстояние между Богом и ч-ком, или принижая Л. Божию до уровня Л. чисто ч-ской, чтобы дать ч-ку ощущение присутствия Бога. На эти тревожные религиозные искания ч?ка в Библии дается ясный ответ: Бог благоизволил начать диалог Л. с людьми и во имя этой Л. Он обязывает и учит их любить друг друга.

ВЗ

Повествования о сотворении мира, хотя само слово любовь не встречается в них (Быт 1; 2–3), дают первое откровение о Л. Божией, говоря о благости, проявленной Богом к Адаму и Еве. Бог желает дать им полноту *жизни; но этот дар предполагает с их стороны свободное единение с Его *волей; Бог начинает этот диалог Л. заповедью. Но Адам захотел силой овладеть тем, что предназначалось ему в качестве дара: он согрешил. Тогда тайна благости углубляется, переходя в *милосердие, выраженное к грешнику в *обетованиях спасения; итак, узы Л. между Богом и ч-ком постепенно восстанавливаются. История пребывания в раю и изгнания из него представляет как бы краткое предвестие всей свящ. истории.

1. Друзья и наперсники Божии. — Призывая *Авраама, избранного среди язычников (Ис Нав 24.2 сл.), стать Его другом (Ис 41.8), Бог выражает Свою Л. в форме *дружбы: Авраам становится доверенным Его тайных намерений (Быт 18.17). Объясняется это тем, что Авраам ответил требованиям Божией Л.: следуя призыву Божию, он покинул свое отечество (12.1); и он должен дальше проникнуть в тайну *страха Божия, к-рый есть Л.: ему повелевается принести в жертву своего единственного сына, а значит и свою Л.: «Возьми сына твоего, к-рого ты любишь» (Быт 22.2).

*Моисей не подвергся этому испытанию: перед ним не стоял вопрос о принесении в жертву своего сына; но зато стояло под вопросом существование всего народа вследствие конфликта между святостью Божией и грехом. Душа его как бы раздирается между Богом, пославшим его, и народом, к-рый он представляет (Исх 32.9–13). Он остается верным, ибо с момента призвания (3.4) и до самой смерти он неустанно идет по пути все большей близости с Богом, беседуя с Ним «как с *другом» (33.11); ему открылась безмерная *благость Божия — такая Л., к-рая, ни в чем не поступаясь своей *святостью, есть *милосердие (34.6 сл.).

2. Откровение пророков. — *Пророки тоже наперсники Божии (Ам 3.7), возлюбленные Богом по избранию, «взятые в удел» (Ам 7.15; ср 1 Петр 2.9) в силу этого избрания, к-рое иногда даже раздирает их душу (Мер 20.7 слл), но и преисполняет ее радостью (20.11 слл): *пророки — свидетели Л. и *гнева Ягве (Ам 3.2). Осия, затем Иеремия и Иезекииль приносят откр. о том, что Бог — *Супруг Израиля, хотя Израиль постоянно неверен и платит только неблагодарностью и изменой за эту сильнейшую и ревностную Древность) Л. Но Л., даже отвергнутая, сильнее греха (Ос 11.8); она *прощает и дает Израилю *новое *сердце, способное любить (2.21 сл.; Иер 31.3, 20, 22; Иез 16.60–63; 36.26 сл.). Другие образы, как, напр., *Пастыря (Иез 34) или *Виноградника (Ис 5; Иез 17.6–10), выражают ту же ревность Божией любви и ту же драму.

Второзаконие, вновь провозглашенное (4 Цар 22) в условиях, когда народ, казалось, окончательно предпочел Л. Божией поклонение идолам, — напоминает непрестанно о том, что Л. Божия дается Израилю не по заслугам (Втор 7.7 сл.) и что Израиль должен «любить Бога всем сердцем своим» (6.5). Эта Л. выражается *поклонением и *послушанием (11.13; 19.9), предполагающими решительный выбор, отрыв от зла, чего бы это ни стоило (4.15–31; 30.15–20). Но такая Л. возможна только, если Бог Сам приходит *обрезать сердце Израиля и сделать его способным любить (30.6).

3. Путь к личному диалогу. — После *пленения Израиль, очищенный Испытанием, постепенно открывает, что жизнь с Богом есть не что иное, как диалог Л. По всей вероятности, с этой точки зрения он перечитывает и Песню Песней; в ней чередуются мотивы обладания и искания, приводя к тому, что *Супруг и супруга любят друг друга «крепкой, как смерть, любовью» (8.6).

В период после пленения отдают себе больший отчет о том, что Бог обращается к сердцу каждого: Он любит не только народ в целом (Втор 4.7) или его вождей (2 Цар 12.24 сл.), но каждого Иудея, и особенно праведного (Пс 36.25–29; 146.8), *бедного и нищего (112.5–9). Постепенно намечается даже та мысль, что Л. Ягве распространяется не только на иудеев, но и на язычников (Ион 4.10 сл.) и даже на все сотворенное (Прем 11.23–26).

Т. обр. в эпоху, предшествовавшую приходу Христа, *благочестивые иудеи (евр. хасид: Пс 4.4; 131.9, 16) размышляющие над содержанием Библии, начинают сознавать, что их любит тот Бог, милосердную *верность К-рого *союзу с Израилем (Пс 135; Иоил 2.13), благость (Пс 33.9; 99.5) и *милость (Быт 6.8; Пс 85.15; Ис 30.18) они славят. В свою очередь они непрестанно говорят о своей Л. к Богу (Пс 30.24; 72.25; 115.1) и ко всему, что с Ним связано: к Его *Имени, Его *Закону, Его премудрости (Пс 33.13; 118.127; Ис 56.6; Сир 1.10; 4.14). Эта Л. часто доказывается, вопреки примеру и давлению *нечестивых (Пс 10; 39.14–17; 72; Сир 2. 11–17), вплоть до *мученичества, как это было в эпоху Маккавеев (2 Макк 6–7) и впоследствии — с Равви Акибой, погибшим за свою веру в 135 г. по P. X.: «Всем сердцем возлюбил я Его, — сказал он, — и всем, что имею; но у меня не было случая возлюбить Его всем моим существом (*душа). Теперь это время пришло». Эти возвышенные слова прозвучали в ту эпоху, когда полнота откр. уже была дана людям *Иисусом Христом.

НЗ

Л. между Богом и людьми открывалась в ВЗ через целый ряд событий: то были Божии благоизволения и ч-ские отказы, страдания отверженной Л. и мучительного преодоления себя, чтобы достичь уровня подлинной Л. и принять ее как благодатный дар. В НЗ Божия Л. выражена в едином событии, сама природа к-рого коренным образом преображает все положение вещей: Иисус приходит, чтобы как Богочеловек пережить драму диалога Л. между Богом и ч-ком.

1. Дар Отца. — Пришествие Иисуса есть прежде всего дело Отца. После пророков и обетований ВЗ Бог, «в память о милости Своей» (Лк 1.54 сл.; Евр 1.1), открыл Себя (Ин 1.18); Он являет Свою Л. (Рим 8.39; 1 Ин 3.1; 4.9) в Том, Кто не только есть ожидаемый *Мессия—Спаситель (Лк 2.11), но Его собственный *Сын (Мк 1.11; 9.7; 12.6), возлюбленный Им (Ин 3.35; 10.17; 15.9; Кол 1.13).

Л. Отца выражается здесь с ничем не превосходимою силою. Осуществляется новый *Завет, заключается вечный брачный союз *Жениха с ч-ством. Щедрость Божия, уже проявленная при возникновении Израиля как народа (Втор 7.7 сл.), достигает теперь своей полноты: принимая Сына, ч-к тем самым отказывается от всякой *гордыни, от всякой гордости, основанной на собственных заслугах: дар Л. Божией совершенно безвозмезден (Рим 5.6 сл.; Тит 3.5; 1 Ин 4.9–19). Это дар окончательный, выходящий за пределы земной жизни Христа (Мф 28.20; Ин 14.18 сл.); он доведен до самого крайнего предела, ибо Отец согласен даже на смерть Сына, чтобы *мир имел жизнь (Рим 5.8; 8.32) и чтобы мы стали *детьми Божиими (1 Ин 3.1; Гал 4.4–7). «Так возлюбил Бог мир, что дал Сына Своего Единородного» (Ин 3.16), чтобы люди имели *жизнь вечную; но осуждают сами себя те, к-рые отказываются уверовать в Посланного и «возлюбили больше тьму, чем свет» (3.19). Выбор неизбежен: или Л. верою в Сына, или *гнев за отказ в вере (3.36).

2. Совершенная любовь, открывшаяся в Иисусе. — Эта драма Л. отныне развертывается не только при контактах людей с Иисусом, но посредством Самой Его личности. Уже самим Своим существованием Иисус есть конкретное откр. Л. Он — *человек, осуществляющий сыновний диалог с Богом и свидетельствующий о нем перед людьми. Иисус есть Бог, пришедший жить среди людей в полноте Своей Л. и возвестить ее пламенный зов. В Его лице ч-к любит Бога и Бог любит ч?ка.

а) Вся жизнь Иисуса свидетельствует об этом двойном диалоге. От начала предавшийся Отцу (Лк 2.49; ср Евр 10.5 слл), живущий в молитве и благодарении (ср Мк 1.35; Мф 11.25), а главное в полной согласованности с *волей Божией (Ин 4.34; 6.38), Он все время *слушает Бога Отца (5.30; 8.26, 40), зная, что и Его слышит Отец (11.41 сл.; ср 9.31). Что же касается Его отношения к людям, вся Его жизнь отдана не только нек–рым *друзьям (ср Мк 10.21; Лк 8.1 слл; Ин 11.3, 5, 36), но всем (Мк 10.45); Он ходил, делая добро (Деян 10.38; Мф 11.28 слл), совершенно бескорыстно (Лк 9.58), внимательный ко всем, а в особенности к наиболее презираемым и недостойным (Лк 7.36–50; 19.1–10; Мф 21.31 сл.); из этой же среды Он избрал тех, кого хотел (Мк 3.13), чтобы сделать их Своими друзьями (Ин 15.15 сл.).

Такая Л. призывает к ответной Л.; заповедь Второзакония остается в силе (Мф 22.37; ср Рим 8.28; 1 Кор 8.3; 1 Ин 5.2), но отныне ее исполняют, любя Иисуса, ибо любя Его, любят и Отца (Мф 10.40; Ин 8.42; 14.21–24). В конечном итоге, любить Христа означает полностью соблюдать Его *слово (Ин 14.15, 21, 23) и *следовать за Ним, отрешаясь от всего (Мк 10.17–21; Лк 14.25 слл). Итак, на всем протяжении Евангелия происходит разделение (Лк 2.34) между теми, кто принимает и теми, кто отвергает эту Л., к к-рой оставаться нейтральным нельзя (Ин 6.60–71; ср 3.18 сл.; 8.13–59; 12.48).

б) На *Кресте Л. окончательно открывает свою силу и трагизм. Христу должно было *пострадать (Лк 9.22; 17.25; 24.7, 26; ср Евр 2.17 сл.), чтобы полностью открылись Его *послушание Отцу (Флп 2.8) и Его Л. к Своим (Ин 13.1). Совершенно свободно (ср Мф 26.51–54; Ин 10.18), проходя через искушение и претерпевая кажущееся *молчание Отца (Мф 26.39–44; 27.46; ср Евр 4.15), в полнейшем *одиночестве по Своему ч-скому естеству (Мк 14.50; 15.29–32), однако продолжая прощать оскорбляющих Его и принимать приходящих к Нему (Лк 23.28, 34, 43; Ин 19.26), Иисус приближается к часу той Л., больше к-рой «никто не имеет» (Ин 15.13). Он все, без остатка, отдает Богу (Лк 23.46) и всем людям без исключения (Мк 10.45; 14.24; 2 Кор 5.14 сл.; 1 Тим 2.5 сл.). Крестною смертью окончательно *прославляется Отец (Ин 17.4); «Человек Иисус» (1 Тим 2.5), а с Ним и все ч-ство удостаиваются безграничной Л. Божией (Ин 10.17; Флп 2.9 слл). Бог и ч-к «совершены воедино» (*единство), согласно первосвященнической молитве Христа (Ин 17.23). Нужно, однако, свободное принятие ч-ком такой полнейшей и требовательной любви, к-рая должна его вести к самопожертвованию по примеру Христа (17.19). На этом своем пути ч-к встречает *соблазн креста, и это не что иное, как безумие Л. В этом и проявляется полнота дара Мужа жене (Еф 5.25 слл; Гал 2.20), но для людей также возникает и крайнее искушение быть неверными.

3. Вселенская любовь в Духе. — Голгофа — место совершенной любви и форма, в к-рой эта Л. проявляется, есть решающее *испытание: друзья Распятого *оставляют Его (Мк 14.50; Лк 23.13–24), ибо для принятия Божией Л. недостаточно личного контакта или ч-ского рассуждения, одним словом «знания по *плоти» (2 Кор 5.16): необходим дар *Духа, создающего в ч-ке «*новое *сердце» (ср Иер 31.33 сл.; Иез 36.25 слл). Дух Св., излитый в день *Пятидесятницы (Деян 2.1–40), согласно обетованию Христову (Ин 14.16 слл; Лк 24.49), с той поры присутствует в мире (Ин 14.16) через Церковь (Еф 2.21 сл.) и *научает людей тому, что сказал им Иисус (Ин 14.26), давая им усвоить это изнутри, подлинным религ. *знанием; будь или нет они Свидетелями земной жизни Иисуса, все люди в этом равны между собою без различия времени и расы. Каждый ч-к нуждается в Духе, чтобы быть в состоянии сказать «Отче!» (Рим 8.15) и прославлять Христа (Ин 16.14). Так изливается в нас Л. (Рим 5.5), к-рая нас «объемлет» (2 Кор 5.14), так что ничто больше не может нас от нее отлучить (Рим 8.35–39), и она готовит нас к окончательной встрече в Л., когда мы «познаем, подобно тому, как мы познаны» (1 Кор 13.12).

4. Бог есть любовь. — Ведомый т. обр. Духом, дабы жить со Своим Господом в диалоге Л., хр-н приближается к самой тайне Бога. Ибо Бог не сразу открывает, Кто Он, а говорит, призывает, действует, и ч-к этим путем восходит к познанию более глубокому. Отдав Своего Сына, Бог открывает, что Он Тот, К-рый дарует Себя из Л. (ср Рим 8.32). Пребывая со Своим Отцом в абсолютном диалоге Л. и открывая этим, что Отец и Он «одно» от вечности (Ин 10.30; ср 17.11, 21 сл.) и что Он Сам — Бог (Ин 1.1; ср 10.33–38; Мф 11.27), «Единородный Сын, сущий в недре Отчем» являет нам Бога, «К-рого никто никогда не видел» (Ин 1.18). Бог этот — Он и Его Отец в единстве Духа. И «ученик, к-рого любил Иисус», познавший на опыте Л. и веру, сформулировал то, что есть очевидно последнее слово всего: «Бог есть любовь» (1 Ин 4.8, 16). Из всех ч-ских слов, со всем их богатством и всеми их пределами, именно слово «любовь» может лучше всех дать нам прозрение тайны Бога—Троицы, взаимного и вечного дара Бога Отца, Сына и Духа.

ВЗ

Уже в ВЗ заповедь Л. к Богу дополнена «второю заповедью»: «Люби ближнего твоего, как самого себя» (Лев 19.18), хотя эта заповедь представлена менее торжественно, чем первая (ср Лев 19.1–37 и Втор 6.4–13), и слово *ближний берется здесь несомненно в довольно узком смысле. Но Израильтянин уже призван внимательно относиться к «другому». Начиная с древнейших текстов, равнодушие или вражда к ближним представлена как оскорбление Самого Бога (Быт 3.12; 4.9 сл.), и Закон к требованиям, касающимся отношений к Богу, добавляет другие, касающиеся отношений между людьми: и в Десяти Заповедях (Исх 20.12–17) и в «Своде Завета», содержащем множество предписаний оказывать внимание *бедным и убогим (Исх 22.20–26; 23.4–12). Все пророческое предание (Ам 1–2; Ис 1. 14–17; Иер 9.2–5; Иез 18.5–9; Мал 3.5) и все предание кн. Мудр. (Притч 14.21; 1.8–19; Сир 25.1; Прем 2.10 слл) имеют ту же направленность: нельзя угодить Богу, не уважая других людей, особенно самых покинутых, наименее «заслуживающих внимания». Никогда не считалось, что можно любить Бога без внимания к людям: «Отец твой производил суд и правду… Он разбирал дело бедного и нищего… Не это ли значит *знать Меня?» (Иер 22.15 сл.). Это изречение относится непосредственно к царю Иосии, но касается всего Израиля (ср Иер 9.4).

Обязанность эта не всегда называется Л. (Лев 19.18; 19.34; Втор 10.19). Однако, когда предписывается любить *пришельцев, заповедь обоснована обязанностью поступать, как Сам Ягве во время *Исхода: Ягве «любит пришельца и дает ему хлеб и одежду. Любите и вы пришельца; ибо сами были пришельцами в земле Египетской» (Втор 10.18 сл.). Следовательно, основанием здесь служит не просто естественная солидарность, а сущность истории спасения.

Незадолго до пришествия Христа в Л. к ближнему включают противника–иудея или даже *врага- язычника; Л. становится более вселенской, хотя Израиль сохраняет за собой центральное положение. «Люби мир, — говорит Гиллел. — Желай мира. Люби тварей, приводи к Закону». Начинают постигать то, что любить значит продолжать действие Самого Бога: «Как Святый — да будет Он благословен! — одевает нагих, утешает скорбящих, погребает умерших, так и ты одевай нагих, посещай больных» и т. д. После этого уже было легко установить связь между обеими заповедями — Л. к Богу и к ближнему; настал день, когда это и сделал книжник, пришедший к Иисусу (Лк 10.26 сл.).

НЗ

Если в иудейском понимании оставалась возможность считать, что братская Л. стоит в ряду других заповедей на равных основаниях, то в хр–ском мировоззрении ей отводится уже центральное, даже в своем роде единственное место.

1. Два вида любви. — От начала и до конца НЗ Л. к *ближнему представляется неотделимой от Л. к Богу: обе заповеди являются вершиной Закона и ключом к нему (Мк 12.28–33 п); братская Л. есть исполнение всех нравственных требований (Гал 5.14; 6.2; Рим 13.8 сл.; Кол 3.14); она в конечном итоге единая заповедь (1 Ин 15.12; 2 Ин 5), единственное и вместе с тем многообразное *дело всякой живой *веры (Гал 5.6.22): «Не любящий брата своего, к-рого видит, как может любить Бога, К-рого не видит?… Мы любим детей Божиих, когда любим Бога» (1 Ин 4.20 сл.; 5.2). Невозможно лучше выразить, что в сущности есть только одна Л.

Итак, Л. к ближнему религиозна по существу: ее нельзя смешивать с простой филантропией. Она религиозна и по своему образцу, к-рый есть Л. Самого Бога (Мф 5.44 сл.; Еф 5.1 сл, 25; 1 Ин 4.11 сл.). И наконец она религиозна по своему источнику, ибо она является действием Божиим в нас: как могли бы мы быть *милосердными, подобно Отцу небесному (Лк 6.36), если бы Сам Господь не научил нас этому (1 Фес 4.9) и Дух не изливал любви в наши сердца (Рим 5.5; 15.30)? Л. эта — от Бога и пребывает в нас оттого именно, что Бог усыновляет (*сын) нас (1 Ин 4.7). Придя к нам от Бога, она к Нему и возвращается: любя братьев своих, мы любим Самого Господа (Мф 25.40), ибо все вместе составляем *Тело Христово (Рим 12.5–10; 1 Кор 12. 12–27). Такова данная нам возможность ответить на ту любовь, к-рой Бог прежде нас возлюбил нас (1 Ин 3.16; 4.19 сл.).

В ожидании второго пришествия Господня Л. есть основное требование, по к-рому люди будут судимы (Мф 25.31–46). Таково завещание, оставленное Иисусом: «Любите друг друга, как Я возлюбил вас» (Ин 13.34 сл.). Христово дело любви продолжает выражаться через действия Его учеников. Эта заповедь, хотя и древняя, потому что она связана с самыми истоками откр. (1 Ин 2.7 сл.), — в то же время *новая; Иисус своей жертвой положил начало новой эре, основав новое общество, возвещенное пророками, и даруя каждому Духа, творящего новые сердца. Т. обр., обе заповеди соединяются воедино, ибо Л. Христа продолжает выражаться в любви, проявляемой друг к другу Его учениками.

2. Любовь есть дар. — Л. хр–ская, особенно у синоптиков и у Павла, представлена по образу Бога, безвозмездно отдающего Сына Своего за спасение всех грешных людей без всякой заслуги с их стороны (Мк 10.45; Рим 5.6 слл). Эта Л. вселенская, не оставляющая места никаким социальным или расовым преградам (Гал 3.28), не презирающая никого (Лк 14.13; 7.39); более того, она повелевает любить *врагов (Мф 5.43–47; Лк 10.29–37). Л. не может поддаться унынию: ее закон — безграничное *прощение (Мф 18.21 сл.; 6.12, 14 сл.), естественно оказываемое благодеяние сопернику (5.23–26), *терпение, воздаяние добром за зло (Рим 12.14–21; Еф 4.25–5.2). В *браке она проявляется как полная отдача себя по образу жертвы Христа (Еф 5.25–32). Для всех она в конечном итоге — служение друг другу (*раб) (Гал 5.13), при к-ром ч-к, вместе с распятым Христом, отказывается от самого себя (Флп 2.1–11). В «гимне любви» (1 Кор 13) Павел объясняет ее сущность и величие. Не пренебрегая ее требованиями в повседневной жизни (13.4 слл), он утверждает, что без любви ничто не имеет цены (13.1 слл) и что только она переживет все: любя, как Христос, мы уже живем в божественной и вечной реальности (13.8–13). Любовью *созидается Церковь (1 Кор 8.1; Еф 4.16); ею ч-к становится совершенным для *Дня Господня (Флп 1. 9 слл).

3. Любовь есть общение. — Хотя Иоанн и говорит о вселенскости и изначальности Божией любви (Ин 3.16; 15.16; 1 Ин 4.10), его душе ближе другой ее аспект: *общение Отца с Сыном в Духе. Он подчеркивает следствия этого общения для взаимной Л. хр-н. Их братство должно быть полным взаимным общением, в к-рое каждый включается со всей своей способностью любить и веровать. Перед лицом *мира, в к-ром он не может любить царство «лукавого» (1 Ин 2.14 сл.; ср Ин 17.9), хр–нин должен любить своих *братьев Л. требовательной и деятельной (1 Ин 3.11–18), в к-рой действует закон самоотречения и смерти, без чего не может быть настоящей плодотворности (Ин 12.24 сл.). Этой Л. верующий пребывает в общении с Богом (1 Ин 4.7–5.4). Такова была первосвященническая молитва Иисуса: «Любовь, к-рой Ты возлюбил Меня, да будет в них и Я в них» (Ин 17.26). Переживаемая учениками среди мира, к к-рому они не принадлежат (17.11, 15 сл.), эта братская Л. есть *свидетельство, через к-рое мир может уверовать во Христа как в Посланного Отцом (17.21): «По этому узнают все, что вы Мои ученики, если будете иметь любовь между собою» (13.35).

CW

https://predanie.ru/book/217381-slovar-bibleyskogo-bogosloviya/